среда, 1 Апреля, 2020

Подробно

Как Сталин «кинул» Югославию

Петр Мультатули, Александр Музафаров
17.07.2016 - 00:53
Как Сталин «кинул» Югославию

Советский вождь пытался проводить политику умиротворения Гитлера, одновременно стремясь добиваться своих целей путем заключения с отдельными государствами таких договоров, которые бы, как полагали в Кремле, заставляли бы Гитлера считаться с интересами СССР, но не были враждебными рейху. Особенно это проявилось в Балканском вопросе.

В 1940 г. исход германо-советского соперничества на Балканах не был ещё предрешён, и Сталин активно подталкивал Югославию к заключению договора о взаимопомощи с СССР. Москва пыталась совместить свои интересы в отношении с Югославией с сохранением советско-германского взаимодействия.

7 марта 1941 г., начальник генштаба Югославской королевской армии Д. Симович, опираясь на офицеров-единомышленников и части военно-воздушных сил, совершил государственный переворот, отстранив от власти прогерманского князя-регента Павла и посадив на королевский трон 17-летнего Петра II. Хотя официально Югославия не вышла из Тройственного пакта, было очевидно, что произошел ее разворот в сторону СССР. Для Гитлера это было сильным ударом по его стратегическим замыслам. К весне 1941 г. Германия заняла господствующее положение на Балканах, и, вот, теперь Югославия становилась единственным камнем преткновения для триумфального шествия агрессивной гитлеровской дипломатии на Балканах.

В условиях сталинской политики «умиротворения» Гитлера, договор о взаимопомощи с Белградом становился неприемлемым для советского руководства, поскольку было очевидно, что его неизбежным последствием стало бы обострение отношений с Берлином, чего в Кремле пытались избежать во что бы то ни стало. Несмотря на это, Сталин всячески подталкивал югославов к заключению советско-югославского договора. Воспринимая советские предложения, как серьёзное намерение помочь его стране, Симович 3 апреля 1941 г. официально предложил Сталину немедленно ввести на территорию Югославии контингент советских войск. Югославское правительство рассчитывало, что выступление Советского Союза в той или иной форме в защиту Югославии позволит обеспечить хотя бы минимальную отсрочку нападения Рейха, в чем никто в Белграде не сомневался.

Однако Сталин не пришёл Югославии на помощь. Подписанный между Москвой и Белградом 5 апреля 1941 г. договор о «Дружбе и ненападении» не предусматривал военной помощи Югославии. Более того, советское руководство даже на этот договор согласилось только после того, как убедилось, что Югославия не вышла из гитлеровского пакта и отказалась принять помощь Англии.

Сталин хорошо понимал, что реально югославская армия сможет сопротивляться не более двух недель, о чём он открыто говорил югославскому посланнику М. Гавриловичу. Но советский вождь сознательно стремился втянуть Германию в войну на Балканах и таким образом выиграть время для СССР. Возможные жертвы братского народа Сталиным игнорировались. С другой стороны, Сталин был ошибочно уверен, что Гитлер «очень ценит» отношения с СССР и пойдет на встречу советским интересам в Югославии. Однако на этот раз сомнения в этом все больше охватывали сталинское руководство. Геббельс довольно точно почувствовал эти начавшееся изменения: «Теперь русские начинают ощущать страх. Это — приятное известие…».

Сообщение о бомбардировке Белграда на рассвете 6 апреля 1941 г. авиацией Люфтваффе и начало германского вторжения в Югославию произвело на сталинское руководство ошеломляющее впечатление. Стало ясно, что Гитлер ни в чем не собирается считаться с Советским Союзом.

Поразительна циничная реакция Сталина на германскую агрессию в отношении Югославии. Узнав о ней, он приказал отменить банкет, который должен был состояться по поводу заключения советского-югославского договора, назвав его «неуместной затеей». Перепуганное сталинское руководство, стремясь любым путем умиротворить Гитлера, не посмело даже выступить с осуждением по поводу вопиющей агрессии Рейха против почти союзного для СССР государства. «Как хорошо иметь силу, - не уставал восторгаться Геббельс, - Сталин явно не имел охоты познакомиться с германскими танками».

Ещё более циничной была политика советского правительства после разгрома Югославии. 8 мая 1941 г. заместитель народного комиссара иностранных дел СССР А. Я. Вышинский, получив «дружеские» советы из Берлина, заявил М. Гавриловичу, что советское правительство не видит юридических оснований для дальнейшей деятельности в СССР югославской миссии. Вышинский потребовал от неё прекратить свою деятельность в Москве в качестве дипломатического представительства, от чего её сотрудники отказались и покинули территорию Советского Союза.

Геббельс, в который раз, изливал восторги. 22 апреля 1941 г. он записал в своем дневнике: «Вчера статья в «Правде». Ничего против Германии там не имеют. Москва, говорится в статье, хочет мира и т.п. Значит, Сталин почуял, что уже запахло жареным, и машет оливковой ветвью мира. Русская карта больше не бьет!»

Здесь невольно напрашивается сравнение с политикой Императора Николая II по защите Сербии летом 1914 г., когда Государь как православный монарх, защитник и покровитель славян, не мог оставить в беде братский народ, которому грозила неминуемое порабощение и гибель. Жертвенная помощь, оказанная Государем Сербии, оказалась гораздо эффективней, чем «прагматизм» Сталина. В июле 1914 г. Николаю II было очевидно, что Германский блок решил воевать, во что бы то ни стало. Отступи Царь летом 1914 г., как это сделал Сталин с Югославией в 1941 г., закрой глаза на захват Сербии Австро-Венгрией, и он бы не только ничего не выиграл, но наоборот оказался бы в тяжелейшем положении. Моральному авторитету России был бы нанесён непоправимый урон и её влияние на Балканах навсегда утеряно. При этом Германия все равно бы войну начала, но избежав необходимости сражаться на два фронта. В кампанию 1914 г. она легко и быстро разбила бы Францию, принудив её к капитуляции, а то и коллаборационизму, как это произойдёт в 1940 г. Англия при таких обстоятельствах в войну против Германии точно не вступила бы, а, скорее всего, попыталась договориться с ней за счёт России. В таких условиях, Германия и Австро-Венгрия начали бы в 1915 г. Русскую кампанию, наверняка имея в союзниках Италию, Болгарию, Румынию и Османскую империю. Россия мгла оказаться перед лицом европейского нашествия одна, изолированная и без союзников, что грозило ей самыми катастрофическими последствиями. Обороняться русской армии пришлось бы не в Царстве Польском и Литве, как это было в действительности, а под Петроградом и Москвой, как это будет в 1941.

Государь уберег нас именно от такого развития событий.

Сталин свою страну и народ от этого не уберег. К моменту начала войны у него не было ни одного союзника, СССР оказался в полном одиночестве перед лицом невиданной военной опасности.

Больше материалов по теме

США вышли на первое место по количеству инфицированных
Отдел информации
Воинствующие безбожники пошли на решительный штурм
Борис Джерелиевский
Отдел информации
Отдел информации
Отдел информации
Трамп разрешил ввести нацгвардию в охваченные коронавирусом штаты
Отдел информации
Россия ограничила авиасообщение со всеми странами из-за коронавируса
Отдел информации
16+
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования