пятница, 24 Ноября, 2017

Подробно

Гончарный круг революции

Александр Гончаров
19.10.2017 - 00:48
Гончарный круг революции

Сейчас, когда прошло сто лет со времени революции в России, люди неизбежно задаются вопросом: «А возможно ли повторение событий 1917 года?» Собственно, сама постановка его является неправильной. Повторение один в один в истории вещь совершенно невозможная. Однако, об этом и не стоит рассуждать в данном ключе. Революция не совершается за одни сутки. К ней ведет долгий путь, а выход может длится даже и не одно десятилетие. Общество должно либо принять, либо отвергнуть саму мысль о революции. Если этого не произошло, то смело надо утверждать, что революционный процесс не затихает, а лишь приобретает иные формы. 

 

1917 год стал кульминацией разложения общества на свободные «атомы», которое началось не позднее 1861 года. Отмена крепостного права была сломом сложившейся системы функционирования общества, разрывом традиционных связей между сословиями и другими большими и малыми социальными группами. Консервативный журналист, публицист и философ М.О. Меньшиков правильно подметил, что не крестьян освободили от крепостной зависимости, а дворяне освободились от крестьян. 1861 год привел к ухудшению положения крестьян и тех же дворян. Благими намерениями дорога оказалась вымощена в революционный ад. К 1913 году русское дворянство владело всего-навсего 13% земель. Основными покупателями земли являлись крестьяне-единоличники и представители буржуазии. На них приходится большинство сделок по земле к 1913 году — более 70%. К слову в конце XIX века в торгах лидировало дворянство. Дворяне распродавали землю, крестьяне и капиталисты скупали. И те, и другие попадали в кредитную зависимость от банков. Причем проблема с пахотной землей, именно с ней, и не решалась. Ее объем был ограничен настолько, что «земельный голод» крестьянства в Европейской России не мог быть удовлетворен даже в случае полной передачи земли в руки крестьян. Отсюда и возникла переселенческая политика при П.А. Столыпине. 

Особую роль сыграл и демографический сдвиг. Количество населения в Российской Империи при Николае Александровиче возросло примерно на 35-40%. Но важно и другое: «С 1897 года по 1 января 1914 года численность городского населения России (без Польши) возросла на 8581,2 тыс. чел. или на 58,4 %... Население Петербурга увеличилось более, чем на 1 млн. и составило 2,3 млн. чел., население Москвы за тот же период увеличилось на 816 тыс. и составило 1,8 млн. чел. Причем увеличение численности населения обеих столиц происходило не только за счет притока извне, но в известной мере за счет естественного прироста (то есть за счет превышения числа родившихся в городе над числом умерших)». (см.: Рашин А.Г. Население России за 100 лет. М., 1956.) Самое главное здесь — возросло количество людей, принадлежащих к молодым поколениям. Но в данном положительном моменте есть и негатив — в городах увеличилась численность молодежи, не достаточно образованной, но зато подвижной и подверженной черно-белой оценке окружающего мира. 

Причем, это касалось не только низших слоев общества, но и высших. Термин «вечный студент» появился отнюдь не в СССР. Как же не вспомнить тут слова английского писателя Клайва С. Льюиса: «Мы должны помнить, что в его сознании не закрепилась прочно ни одна благородная мысль. Образование он получил не классическое и не техническое, а просто современное. Его миновали и строгость абстракций, и высота гуманистических традиций; а выправить это сам он не мог, ибо не знал ни крестьянской смекалки, ни аристократической чести. Разбирался он только в том, что не требовало знаний…», а затем, вдогонку, и нашего поэта, покойного лидера группы «Кино» Виктора Цоя: 

«Война − дело молодых, 

Лекарство против морщин».  

Революция – это тоже и дело, и трижды проклятое это самое «лекарство». 

Но надо сказать, что многие страны, подобно России проходили через такие процессы развития. И никаких революций не было и в помине. То есть, «расходный материал» — молодые поколения и социальная несправедливость имелись, но революции не произошли. Да, проходили протесты и даже бунты, но ничего свыше сего не приключилось. Достаточно посмотреть на примеры США и Британии. И к тому же «настоящих» революций (с полным сломом и опрокидыванием социальной пирамиды) за всю историю человечества насчитывается только три: Французская (1789 г.), Русская (1917г.) и, может быть, в Древнем Египте (описана в папирусе «Речение Ипувера» (точная датировка невозможна): «Воистину: люди стали подобны птицам, ищущим падаль. Грязь по всей стране. Нет человека, одеяние которого было бы белым в это время. Воистину: земля перевернулась, подобно гончарному кругу. Разбойник [стал] владельцем богатств: [богач] [превратился] в грабителя. Воистину: сильные (?) сердцем [стали подобны] птицам [из-за страха]. Неджес [скорбит]: «как ужасно [все]! Что мне делать?» Воистину: поток в крови, [если] люди пьют из него, они отталкиваются [вкусом] человека, и они жаждут [чистой] воды. Воистину: ворота, колонны и простенки сожжены, и одни [лишь] стены царского дворца стоят сохранившиеся» (в пер. Струве В.В.)). 

Тайна революции, хоть «настоящей», хоть «оранжевой» заключается в ее конструировании сверху. Общество к ней готовят. «Франкфуртская школа», основываясь на переработке трудов Антонио Грамши и Георга Лукача, Зигмунда Фрейда и Карла Маркса, а также Сартра хорошо определила принципы «сборки» революций. 

Ж.-П. Сартр писал: «Революционность негра состоит в отрицании, так как он должен сделать четкий выбор: чтобы создать свою истину, ему необходимо сначала уничтожить истину других». 

Формулировка точная. И не только для негра-революционера, но любого революционера, вообще. Только негр, работающий на плантации или заводе, чисто физически не в состоянии уничтожить или создать истину. За него сделают другие. 

Для того, чтобы революция случилась, необходимо захватить «гегемонию в культуре» и навязать новые ценности. Распад аксиологии готовят заранее. В Царской России десятилетиями в гимназиях и вузах проповедовалась демократия, как нечто более прогрессивное, чем монархия. Учебники и картина Репина «Иван Грозный убивает своего сына» сделали для революционной пропаганды гораздо больше, чем все прокламации и газеты РСДРП. 

Гнусные сказки «о жирных попах», дурачащих народ, абсолютно лживые, наносили удар по одной из основ государственности Русской — Православию. Потом все это использовалось в СССР в рамках антирелигиозной промывки мозгов. Рецептура была выработана еще в эпоху Затемнения, которую изволят именовать Просвещением. Поп, катающийся на глупой прихожанке или прихожанине — это этюд вполне в духе Руссо и Вольтера.

 

Либеральные СМИ России в дореволюционный период с упоением писали о жандармском произволе и защищали кровавый террор со стороны «радетелей» народной свободы (среди коих было очень мало рабочих и крестьян, зато детки чиновников резвились вовсю).  

 

 

«Онижедети» — это не изобретение украинских нацистов. «Онижедети» — это то, что проявилось на заседаниях присяжных по поводу оправдания революционеров-бомбистов. «Онимжедети» — это то, что продвигалось в культуре до 1917 г. Даже и с «невинным» юморком. 

 

 

Расстрелять убийцу-революционера почиталось делом отвратительным, но вот угробление при терактах министра или обычного крестьянина преподносилось как акт праведного гнева. Если посмотреть на жертв терактов, то обнаружится, что среди них числятся рабочие, крестьяне, инженеры, преподаватели, представители духовенства, а не только министры, генералы и губернаторы.  

Россия в XXI столетии и Россия перед 1917 годом очень похожи. Культура, искусство и образование захвачены людьми того же типа, к которому принадлежали и подготовители свержения русской монархии. Россия не вышла из революции. Мы мыслим ее категориями, ее лозунгами, ее схоластикой в мышлении. Культура революции доминирует и развращает. Крики о «православном» экстремизме камуфлируют экстремизм либерального толка. На последний СМИ внимания почти не обращают. А ведь Православие цементирует и определяет устойчивость традиционных ценностей, в системе коих террору нет хода. «Стяжи дух мирен…» 

 

Есть и «пушечное мясо» для нового взрыва революционной вакханалии. Да, с демографией, в России нынешней ситуация совершенно не та, что в Империи. Но произошло, в связи с ликвидацией вузов и филиалов вузов в провинции, стаскивание молодых в крупные города. Студенчество легко подтолкнуть к противоправным действиям. А еще растет число гастрабайтеров, чуждых по языку и культуре России. Причем теперь их завозят не только в Москву или какой-то другой мегаполис, но и в тоже Центральное Черноземье, в глубинку. При разладе управления в стране — они отлично годятся для организации очередного «красного террора». Их роль схожа с той, что выполняли в Гражданскую войну, скажем, китайцы, работавшие на угольных шахтах Донбасса. Они местное население не пожалеют. 

Но в чем-то нынешнее положение России хуже, чем в 1917-м. После того пика революции наши «добрые» западные «партнеры» в лучшем случае могли оккупировать отдельные части страны. Вооружения большего не позволяли. В случае же победы революционного хаоса сейчас — Россию, как государство просто и незатейливо прикончат. Концепция «Молниеносного глобального удара» неядерными средствами разработана и под нее создаются (а частью уже созданы) оружейные комплексы в США и НАТО. 

«Мудрая» политика страуса, спрятавшего голову в песок и не замечающего приближающегося хищника, в сложившихся условия не уместна. Нового 1917 года Россия не переживет. Точнее не дадут пережить. Но остался ли у нас инстинкт самосохранения? Ежели остался, то пора бы выйти из революции.  Остановить ее гончарный круг, пока не поздно.

Telegram по-прежнему отказывается предоставить данные Роскомнадзору
Отдел информации
В России запретили «легкие» сигареты
Ирина Антонова
Цены на топливо бьют рекорды
Ирина Антонова
16+
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования