воскресенье, 19 Ноября, 2017

Подробно

Великий Курдистан? К сожалению, не сейчас

Иван Андрианов
14.10.2017 - 10:30
 Великий Курдистан? К сожалению, не сейчас

25 сентября в Ираке прошел референдум о независимости, в ходе которого большинство населения автономии проголосовало за создание своего национального государства. Событие это, хотя подобное волеизъявление курдского народа проводилось уже не в первый раз, мягко говоря, не из ряда ординарных. Что, естественно, вновь привлекло внимание экспертов, дипломатов, военных и конечно журналистов к курдской проблеме в целом и возможным последствиям этого референдума в частности. 

Довольно часто озвучивалась мысль, что объявление независимости иракского Курдистана, который пока имеет статус автономии, создаст прецедент для курдов, живущих в других граничащих с Ираком странах. А это может спровоцировать целую серию конфликтов в регионе, который и без того никак нельзя назвать образцом мира и стабильности. 

Другие, наоборот, справедливо указывали на то, что курды, территории которых были искусственно поделены европейцами между Турцией, Ираком, Сирией и Ираном, давно выстрадали свое право на государственность. И с энтузиазмом заговорили о том, что формирование курдского государства на основе иракской автономии может и должно стать «первой ласточкой» движения курдов на пути создания нового государства, Великого Курдистана. 

Звучит красиво. Но насколько это реалистично? Попытается разобраться, и сначала зададимся вопросом, кто такие курды и насколько един этот народ. 

Так кто такие Курды, или не много истории. 

Курды, один из древнейших народов, проживающих на территории современной Сирии, Турции, Ирака и Ирана. Многие исследователи до сих пор спорят, когда же были первые упоминания об этом этносе. Одни говорят о том, что они появились не позднее II тысячелетия до н.э., другие озвучивают более ранние сроки, называя курдов прямыми потомками одной из старейших цивилизаций – древних шумер, проживавших в Месопотамии аж в 4500-4000 гг. до н.э. Споры эти, думается, будут продолжаться еще очень долго, но важен тот факт, что этот этнос один из древнейших на нашей планете. Однако единого курдского государства как такового даже в древнейшие времена не существовало. 

Современные территории, на которых проживают курды, находятся в районах, на которых постоянно проходили различные войны и конфликты. До IV века н.э. курды жили на территории мидийского государства, а после его падения оказались в составе арабского халифата, в котором и находились вплоть до века IX. Интересно отметить, что по утверждениям многочисленных историков, курды не покорились арабам, захвативших их земли, а продолжали сохранять свою веру и традиции. 

В IX веке из региона нынешней Средней Азии на курдские территории вторглись многочисленные племена тюрков-кочевников. Будучи разрозненными, курдские княжества не смогли противостоять мощному сопернику, и были разгромлены. 

Но даже во времена, когда курдские княжества находились под властью различных народов, они лишь формально входили в состав других государств, на деле же они сохраняли свои традиции и обычаи, религию и, можно сказать, были автономны. В некоторых случаях у них даже оставалось право принимать собственные законы и вести собственную политику и отношения с соседними государствами. 

В 1514 году Курдистан был окончательно разделен пока на две части. После Чалдыранской битвы в ходе войны, курды были разделены между Османской империей и Персией, а в 1639 этот процесс был «узаконен» этими двумя странами. С этого момента начался новый этап борьбы курдов за независимость, который характеризовался многочисленными восстаниями. Крупнейшим стало восстание Махмед паши Ревандузи в 1827 году во время русско-турецкой войны, что сильно облегчило жизнь нашим генералам. 

До начала 20 века, на котором мы остановимся уже подробнее, курды принимали многочисленные попытки вернуть себе независимость, но должного эффекта эти усилия так и не возымели. 

Разделенный народ 

Прежде, чем перейти к тому, как складывалась ситуация, в которой находятся современные курды, отметим, что в силу специфики своей истории курдский народ волей-неволей оказался разделенным не только по территориальному, но по религиозному, а также языковому признаку. 

Что касается религии, то большинство курдов — это мусульмане-сунниты. По разным данным, 5-7 процентов представителей этого народа исповедует шиитский ислам. В частности, одно из направлений шиитских учений — алевизм — тоже исповедуется курдами Турции, главным образом народом заза. Ядро другого шиитского направления ислама является Ахл –е Хакк, что переводится как «люди истины», составляют гурани и южные курды. 

Совершенно отдельной конфессиональной группой являются курды-езиды, исповедующие религию, корни которой уходят в зороастризм, который в значительной степени доминировал в древней Персии до распространения там ислама. 

Кроме того, среди курдского этноса есть и христиане. В основном они исповедуют католицизм и различные автокефальные восточно-христианские направления: халдейское, ассирийское, сиро-яковитское и другие. Причем все они говорят на арамейских языках. 

Однако большинство курдов говорит на языках, принадлежащих к подгруппе иранских языков в составе индоевропейской языковой семье, куда, кстати, входят и русский, и английский и многие другие языки, включая языки народов северной и центральной Индии. 

Из основных по своему распространению языков, которые мы называем «курдскими», выделяется курменджи (или северокурдский язык), на котором говорит значительное количество курдов Турции, Сирии, Ирака и Ирана, а также стран на постсоветском пространстве, в Европе и США. Ко второму по степени распространения относят сорани (или центральнокурдский язык). Он распространен на востоке Ирака и в Иране. Кроме того, существуют южнокурдский язык, на котором говорит значительная часть курдов западного Ирана и восточного Ирака, а также язык лаки, на котором говорят в некоторых районах Ирана и небольшие группы курдов в Ираке. 

Говоря о том, что разделяет курдов и мешает им по-настоящему сплотиться и добиться создания единого независимого государства, следует упомянуть и о специфике построения курдского общества. Как это распространено среди народов Востока, курское общество имеет клановое построение. Как правило, во главе клана стоит одна семья, и руководящая роль в этой структуре передается по наследству. В современных условиях на клановой основе могут строиться и политические структуры, когда одной партией руководят представители одного клана, а другой – другого. Это хорошо видно на примере ведущих партий иракских курдов, речь о которых пойдет ниже. 

А вот теперь вернёмся к истории борьбы курдов за свою независимость и государственность. 

Курдская проблема в Новейшей истории 

Как видим, до начала 20 века, на котором мы остановимся уже подробнее, курды принимали многочисленные попытки вернуть себе независимость, но должного эффекта эти усилия так и не возымели. Выступления курдов, как правило, имели характер бунтов и были проявлением ответной реакции на действия властей. Эти бунты происходили точечно, не были скоординированы с другими кланами и тем более районами проживания этого народа. 

В начале прошлого века, с ростом национально-освободительных движений на Ближнем Востоке, курды стали предпринимать попытки к созданию политических организаций. Отметим этот момент. Переход от вооруженных восстаний к попыткам политической борьбы говорит уже о многом! В частности, о стремлении преодолеть клановые, религиозные и языковые различия (а то и противоречия) путем объединения в политическую структуру. 

В 1898 году в Каире создается газета «Курдистан», а вслед за ней и «Хетави-курд», что в переводе означает «Солнце курдов». Обе эти газеты издаются на двух языках. Курдском и турецком. В 1910 году курдскими студентами-юристами создается общество "Хива Курд" ("Надежда курдов"), которое начинает выпускать ежемесячник "Рожа Курд" ("Курдский день"). 

В 1914 году начинается Первая мировая война, в которой значительная часть курского населения приняла сторону России. Однако события 1915 года в Турции продемонстрировали и глубину различий курского населения. Если курды-езиды практически полностью встали на сторону армянского народа и многие из них тоже стали жертвами геноцида, то заметная часть курдов суннитов участвовала в этой резне на стороны властей. Хотя позже и они тоже стали жертвами репрессий. 

В ходе Первой мировой войны Антанта и Россия впервые подняли вопрос о том, что Курдистану необходима автономия. И эту автономию в последствии им гарантировал Севрский мирный договор 1920 года. 

Однако, этот шанс не был использован. Причиной тому стал приход в власти в Турции кемалистов во главе с Кемалем Ататюрком. И на смену Севрскому договору пришел Лозаннский договор 1923 года. По нему произошел новый передел Курдистана. Народ был разделен между территориями Сирии, Турции, Ирака и Ирана. 

С тех пор гонения на курдов, особенно в Турции только усилились. Стоит вспомнить только запреты Анкары на слова «курд», «курды», «Курдистан». Или акт о переселении 1928 года, по которому в Турции курды принудительно переселялись в чисто турецкие, т.е. населенные тюрками районы страны. Любые вспышки протеста, а тем более вооруженное сопротивление курдов безжалостно подавлялось и подавляется в настоящее время. 

По самым приблизительным оценкам в Турции в ходе операций турецкой полиции против курда, главным образом на востоке и юго-востоке страны, было убито около миллиона человек. Причем число этих жертв растет и будет расти, потому что необъявленная гражданская войта, которая то затухает, то разгорается вновь, будет продолжаться. По крайней мере пока Анкара не признает права курдов на самостоятельность хотя бы в рамках автономии. 

К современной борьбе этого народа мы еще вернемся. Но сначала стоит разобраться, какими политическими силами располагают иракские курды, иранские, сирийские и турецкие. И что это за партии Демократический союз Курдистана, Рабочая партия Курдистана и т.д. 

Так кто же есть кто? 

Часто в СМИ появляются такие аббревиатуры, как РПК, YPG PYD и другие, которыми обозначаются различные политические и военные структуры, отстаивающие интересы курдского народа. Разобраться в них достаточно сложно, поскольку названия бывает совпадают, но все-таки попробуем. И начнем с самой известной курдской партии — Рабочей партии Курдистана (РПК). 

Рабочая партия Курдистана. 

РПК известная во всем мире политическая и военная организация курдов, проживающих на востоке современной Турции. 

Основана партия была в 1978 году Абдуллой Оджаланом. Изначальной идеологией РПК, что следует и из названия, стал социализм с закваской курдского национализма и марксизма. Партия создавалась как легальная политическая структура. 

Но через 2 года после её основания в Турции произошел военный переворот. Практически все руководство РПК было арестовано, однако, ее лидеру и некоторым его соратникам удалось бежать в Сирию. В этот момент и сформировалась Армия освобождения народов Курдистана (ARGK), представлявшая собой многотысячное вооруженное партизанское формирование, военное крыло РПК. 

Постепенно в РПК появляется целая сеть политических структур, объединенных во Фронт национального освобождения Курдистана (ERNK). Со временем Армия освобождения народов Курдистана обрастает военными базами и центрами подготовки. А в 1999 году группировка меняет название на Народные силы самообороны (НСС). 

Таким образом, с большей или меньшей степенью уверенности можно говорить, что из недр РПК вышли две организации — политическая (ERNK) и военная (НСС), которые в настоящее время действуют достаточно самостоятельно. 

Основными целями курдских партизан становятся государственные и военные объекты Турции, а нападения на них нередко ничем не спровоцированные представляют собой ни что иное, как теракты. Взрывы и молниеносные налеты, засады. В то же время ERNK становятся влиятельной политической силой внутри курдского общества и его европейской диаспоре. 

В 1998 году РПК теряет поддержку в Сирии, Оджалан вынужден искать убежище в другой стране. Он обращается Российскую Федерацию. Однако, его обращение остается без ответа, и он обращается за политическим убежищем в Италию. В 1999 году суд Италии одобрил его запрос. Но это уже не имело никакого смысла, так как сам Оджалан был арестован и ожидал смертной казни в турецкой тюрьме. Правда казнен он так и не был, и в итоге отбывает пожизненное заключение. 

Стоит отметить, что перед поимкой, лидер РПК объявил, что курдские формирования должны перестать вести боевые действия и отойти из Турции в Иракский Курдистан. Призыв лидера к миру возымел эффект, и столкновения стали прекращаться. 

Новый виток противостояния Анкары и курдов и, как следствие, боевых действий на востоке Турции развернулся уже в 2005 году и с разной степенью интенсивности продолжается по сей день. 

Тогда НСС располагались на территории Ирака, откуда её боевые отряды (НСС) и проводили свои операции. Этот факт никак не мог устраивать Анкару, которая в ответ периодически наносила ответные удары авиации по территориям Ирака, где проживали представители РПК и НСС. Под удары попадали и иракские курды нередко непричастные к операциям НСС. Дальше история стала разворачиваться стремительно. 

В 2013 году Оджалан призывает своих сподвижников прекратить вооруженную борьбу, а правительство Турции разрабатывает план политического урегулирования вооруженного конфликта. 

В 2015 году в связи с продолжающимися ударами турецкой авиации по территориям иракских курдов РПК прекращает перемирие и активизирует свою партизанскую деятельность в Турции. В ответ Анкара начинает так называемую антитеррористическую операцию на востоке страны. Отметим, что похожа она была скорее на полномасштабные боевые действия с блокированием городов, применением тяжелой артиллерии, авиации и систем залпового огня.

Несмотря на официальное заявление о прекращении операции, существуют многочисленные свидетельства о продолжении столкновений. А военный контингент турецких войск в регионе не сокращается. Думается, что начало операции «Щит Евфрата» явилось отличным предлогом для прикрытия продолжающихся масштабных боевых операций против РПК. 

А в 2016 году Турция ввела войска на север Сирии, где вела борьбу не столько с запрещенной в РФ террористической ДАИШ, столько против сирийской курдской партии «Демократический союз». 

Партия «Демократический Союз» или сирийские курды 

Партия «Демократический союз», известная еще и по аббревиатуре PYD, основана сирийскими курдами в 2003 году. Ее идейным лидером является Салих Муслим Мухаммад. 

В отличие от РПК она не столь радикальна и выступает скорее не за полное отделение и независимость, а на автономию в составе Сирии. 

«Демократический союз» старается отдалить себя от националистических группировок, но и в его составе есть боевое крыло. Это Отряды народной самообороны (YPG), а также отряды женской самообороны (YPJ), они насчитывают на данный момент порядка 10 тысяч человек. А с 2013 года ведут активную борьбу против запрещённых в России террористических группировок ДИАШ, Джабхат ан-Нусра и других. В их борьбе так же участвуют и курдские формирования из Ирана, или Демократическая партия Ирана. 

Несколько слов об этих отрядах, известных также под названием «пешмерга» и блестяще зарекомендовавших себя в боях с террористами. 

Курдские бойцы готовы самоотверженно воевать на своих территориях, освобождая их от террористов. Причем женские отряды ((YPJ) нередко наводят ужас на противника просто самим фактом вступления в бой. Это связано с тем, что по канонам Ислама воин, погибший в бою, автоматически немедленно попадает в рай. Но только в случае, если его убьёт мужчина. А вот смерть от руки женщины не сулит ему на том свете ничего хорошего. 

Однако, когда дело доходит до войны на землях, на которых традиционно живут арабы, курды скорее больше имитируют боевые действия. С чем и столкнулись американцы в Сирии. 

Демократическая партия Ирана (PDK) 

Про эту курдскую партию известно совсем мало, поскольку она уже многие годы действует в подполье. Партия была основана в 1945 году, однако, уже в 1946 году, после вывода советских войск и военно-политического кризиса в Иране, PDK была разгромлена, а ее лидеры и президент М. Хоссейн Сейфи-Гази были повешены. Некоторым же её руководителям удалось скрыться. Среди них был и Мустафа Барзани, который бежал в Советский Союз, а потом перебрался в Ирак. К нему мы еще вернемся чуть позже. 

Через несколько лет Демократическая пария Ирана начинает свою политическую деятельность заново. Несмотря на многочисленные полицейские рейды и гонения, партия выжила, но фактически действует в подполье, тем самым, сохраняя свое существование. PDK проявляет себя, направляя своих членов добровольцами для поддержки соотечественников в соседние страны. 

А теперь перейдем к упомянутому нами Мустафе Барзани и иракским курдам. 

Иракские курды: Демократическая партия Курдистана (ДПК или KPD) и Патриотический союз Курдистана (ПСК или PUK) 

ДПК одна из старейших курдский партий, образованна она была в 1946 году, а ее главой как раз и стал Мустафа Барзани. 

Стоит отметить, что до 1952 года партия называлась «Курдская демократическая партия», а ее основной идеологией стал марксизм-ленинизм. Главной задачей иракских курдов было создание автономии. 

По началу отношения ДПК и тогдашнего руководства Ирака были вполне неплохими. Курды выпускали свою газету «Хабат», вели политическую борьбу за автономию. Со временем ДПК стала набирать силу в стране. Рано или поздно это должно было начать раздражать режим Абдель-Керима Касема, что и произошло в 1961 году. 

Попытки усмирить непокорный курдский народ, стремящийся к самостоятельности силой, привели к так называемому «Сентябрьскому восстанию», которое длилось аж 14 лет. В итоге курды потерпели поражение. А внутри партии произошел глубокий кризис. 

Во время ирано-иракской войны 1980-1988 годов ДПК вела борьбу на стороне Ирана и против Саддама Хусейна. Что вызвало ответную весьма жестокую реакцию со стороны Багдада. 

Во время первой иракской компании в 1991 году ДПК вместе со второй более радикально-националистической курдской партией «Патриотический союз Курдистана», основанной Джалялем Талабани в 1975 году, устроили восстание. 

В итоге им удалось взять под свой контроль весь иракский Курдистан. После чего объявили о создании «Свободного Курдистана» и провели выборы. В результате ДПК получило 51 мест в созданном парламенте, в ПСК-49. 

Однако такой результат и статус «младшего партнера» не удовлетворил Талабани и его сторонников, хотя, по некоторым сведениям, главной проблемой был дележ таможенных доходов между лидерами ДПК и ПСК, который сложился в пользу Барзани. Конфликт между двумя курдскими партиями привел к четырехлетней гражданской войне (1994 – 1998 годы), в которой верх одержали сторонники Барзани. Талабани и его ПСК были вынуждены покинуть столицу Иракского Курдистана город Эрбиль и сделать своей столицей город Сулейманию. Таким образом, несколько лет на земле иракских курдов было две столицы и два правительства. 

В 2005 году после очередных выборов ДПК пошла на уступки и согласилась поделить власть поровну, а Масуд Барзани, сын Мустафы Барзани, был назначен президентом Иракского Курдистана. В 2007 году было сформировано Региональное правительство иракского Курдистана, существующего в настоящее время в качестве автономии Республики Ирак. 

Странный референдум 

А теперь, думается, можно вернуться к недавнему референдуму, а, точнее, к некоторым моментам, которые с ним связаны и которые представляются примечательными. 

Сначала, о фоне, на котором он происходил. Говоря объективно, обстановка в Иракском Курдистане в последние годы выгодно отличается от других частей страны, особенно, в плане безопасности для его жителей. Курдистан стал спасительной гаванью не только для курдов как таковых, но и для достаточно большого количества арабов-суннитов, которые после падения режима Саддама Хусейна во многих районах страны превратились в парий. 

Используя нестабильную обстановку в стране, нераспорядительность и фактическую слабость Багдада, руководству автономии удалось расширить её территорию путем фактического присоединения к ней района города Киркук. А это – нефть. Ведь этот город является центром одного из двух районов добычи углеводородов в стране, дающий в настоящее время больше половины национальной нефтедобычи. Причем в отличие от района города Басры на юге Ирака северные месторождения были открыты и начали использоваться существенно позднее. А это значит, что их запасы больше, и эксплуатироваться они будут дольше. 

Любопытная деталь. В свое время, когда только начиналась эксплуатация нефти Киркука, население там было смешанное, но в основном состояло из курдов. Правительство Саддама Хусейна, которое, мягко говоря, не испытывало особых сантиментов к этому народу и иллюзий в отношении их лояльности Багдаду, переселило в этот стратегически важный район арабов-суннитов (тогда это религиозное меньшинство было правящим), и начало вытеснять курдов дальше на север. 

Кто бы мог подумать в те времена, что режим Саддама падет и контроль над государством перейдет к шиитскому большинству, а сунниты окажутся под опалой и начнут искать защиту у курдов, часть которых является их единоверцами? Но случилось то, что случилось. И на референдуме арабы-сунниты, проживающие в этих местах, осмысленно и энергично поддержали идею отделения от Багдада.

Но вернемся к нефти, которая является главным источником доходов автономии, а в случае независимости, Курдистана.

Её экспорт ведется в двух направлениях. Один – через всю территорию страны, на юг в порт Басра. Второй – на север, до турецкой границы и далее в порт Джейхан. Пока что возможности по объемам прокачки сырья у северного маршрута ниже, чем у южного, что связывается с пропускной способностью нефтепроводов. 

Но с точки зрения прибыли для автономии дело обстоит как раз наоборот. За реализацию Багдадом киркукской нефти, Эрбиль получает лишь определенный процент, а за продажу на границе нефти туркам – всю сумму, из которой лишь часть «отстегивается» центральному правительству, да и то, как показывает практика, не всегда. 

Поэтому на Басру нефть идет, что называется, по остаточному принципу. Хотя тоже в довольно больших объемах.

Нельзя не отметить и еще одну деталь «нефтяного вопроса». Хоть ДАИШ и является для курдского народа врагом, но, как это нередко бывает на Востоке, вражда и война – это одно, а прибыль – другое. Вот и идет, пока идет сирийская нефть через иракский Курдистан в Турцию, за что руководство автономии имеет свою «долю малую».

А теперь о политической ситуации в автономии и поведении её руководства.

Фактически идея референдума была инициирована что называется «снизу». Скорее всего, она принадлежит неизвестным мне молодым политикам или представителям малых кланов, которым показалось, что у них хватит сил для того, чтобы если не перехватить власть у старшего поколения и их кланов, то хотя бы подняться до их уровня и получить свою долю доходов. 

Как только стало ясно, что население воспринимает её с большим энтузиазмом, умный политик Барзани и его соратники (тут уже не до внутренних разборок) заявил, что ни он, ни его люди не собираются принимать участие в руководстве страной, если Курдистан по итогам референдума провозгласит независимость. Красивый ход. Одним этим заявлением нынешний президент обезопасил свой тыл от возможных ударов со стороны «молодых волков»: ребята, работайте, я мешать не буду. А, кроме того, послал сигнал Багдаду: я против вас ничего не имею, к референдуму не причастен и готов договариваться о выработке компромиссного решения. Молодец! Сразу видно, политик во втором поколении. 

Реакция на референдум: угрозы и реальность 

И вот референдум прошел. Явка была фантастическая и большинство жителей автономии, курды и арабы, дружно проголосовали за независимость и создание нового государства. 

В ответ и Багдад, и Анкара, и Тегеран вновь стали повторять свои угрозы относительно экономической блокады Курдистана, перекрытия нефтепроводов, отказа от каких-либо переговоров с мятежным регионом по крайней мере пока результаты референдума не будут официально аннулированы. «Отметились» по этому вопросу и ведущие мировые державы, включая Москву и Вашингтон, хотя их тон был значительно более сдержанным.

Но на деле была реализована лишь угроза временно создать бесполетную зону. Да и то частично: лишь для пассажирских и коммерческих рейсов. Что касается полетов американских ВВС, то на них эти запреты не распространяются. Да и кто же их там запретит? Нынешнее иракское руководство, что ли? Не надо, как говорят, смешить публику. 

Что касается перекрытия нефтепроводов, то об этом вообще как-то быстро забыли. Будто этих обещаний и не было. Как и обещания экономической блокады со стороны Анкары, на которое вообще-то изначально мало кто обратил внимание: даже если Р.Эрдоган действительно решил бы реализовать свою угрозу и закрыл бы пропускные пункты на границе, через которые в Иракский Курдистан поступает основное количество потребительских товаров и продовольствия, торговцы немедленно нашли бы обходные пути, создали бы «дыры» в границе, и поставки после короткого перерыва пошли бы своим чередом. Это ведь Восток. Торговля для него святое дело. 

Что касается нефти и запрета на её транспортировку, то для Багдада сокращение экспорта вообще смерти подобно. Где он возьмёт деньги для бюджета, чем будет платить зарплаты чиновникам, военным, полицейским, не говоря о врачах и учителях? А для Турции введение нефтяного эмбарго тоже означало бы потери от перепродажи сырья. Причем не просто потери, а финансовые потери для членов семьи самого президента. Что он враг своим детям, зятьям, внукам, что ли? Конечно, нет. 

Вот и получается, что после того, как жители Курдистана порадовались итогам своего голосования, а Багдад, Анкара и Тегеран всласть погневались, наступила пауза. Курды пограничные столбы не ставят, а Багдад и тем более Анкара свои войска для подавления мятежа тоже не вводят.

Вместо этого, по некоторым сведениям, между Эрбилем и Багдадом начались консультации по вопросам, связанным с путями урегулирования этой проблемы. 

Так чего же ждать дальше? 

Думается, что достаточно велика возможность того, что курды и Багдад в конце концов придут к созданию конфедерации. Путь этот будет непростым и продолжительным. Но другого варианта у сторон просто нет.

Начать гражданскую войну и двинуть свои войска против курдов иракское правительство не хочет. Хотя заявления такие и были. Так это грозит ему возможным военным поражением. Уж больно «хороши» иракские военные, подготовленные американскими инструкторами. Своё «желание» воевать они продемонстрировали в свое время в Мосуле, когда несколько тысяч солдат и офицеров практически без боя, бросив технику и тяжелое вооружение, отступили при появлении 800 боевиков ДАИШ.

Эрбилю, точнее его руководству, тоже не хочется обострять ситуацию, потому что Эрдоган, для которого курдская проблема один из самых больных вопросов, действительно моет не сдержаться и двинуть свои подразделения, которых на границе достаточно, на курдскую территорию. Барзани это понимает. Как и то, что с северным соседом значительно выгоднее торговать. 

Что касается влияния событий в Иракском Курдистане на курдов Сирии, Турции и Ирана, то оно несомненно будет иметь место. Но не следует забывать и то, что для начала им было неплохо добиться признания территорий, на которых они проживают, автономиями. Похоже, ближе всех к этому подошли сирийские курды. Перспективы автономии для курдов Турции и Ирана пока что более, чем туманны.

Так что с созданием Великого Курдистана придется подождать. И боюсь, что ждать придется долго.

Источник

Константин Щемелинин
Отдел информации
Ирина Антонова
Александр Гончаров
Ирина Антонова
о. Кирилл (Сахаров)
Леонид Решетников, Дмитрий Володихин
Отдел информации
Telegram по-прежнему отказывается предоставить данные Роскомнадзору
Отдел информации
Цены на топливо бьют рекорды
Ирина Антонова
Урожай зерновых в России угрожает спокойствию США
Ирина Антонова
16+
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования