понедельник, 23 Января, 2017

Подробно

Свет Отца и шелуха прагматиков

Александр Гончаров
01.01.2017 - 22:19
Свет Отца и шелуха прагматиков

Сейчас набирает мощь одна странная тенденция — в социальных сетях стало модным заявлять о своем принципиальном антимонархизме. И этим занимаются отнюдь не сторонники коммунизма или упоротые либералы, а вроде бы вполне вменяемые люди. Причем, один весьма уважаемый человек сказал, что «монархизм — это детская болезнь и ею надо переболеть, только и всего».

Тенденция выявляется четкая и до омерзения понятная: на смену коммунистам и либералам приходят, так называемые прагматики. Они не верят в сакральную природу царской власти, Православие обычно терпят и не более (мол, надо чем-то отвлекать толпу от анархических поползновений!) и не признают особого пути развития России, и ее оригинальной исторической судьбы.

Надо отметить, что прагматики отнюдь не жаждут с бухты-барахты раскрывать объятия Западу, ибо в Европе и США постепенно общественные отношения деградируют, а само западное общество начинает напоминать обезьянье стадо.

Прагматик дышит нынче Дальним Востоком, то есть Китаем, Кореей (Южной Кореей, но не КНДР) и Японией. При этом новое поколение антимонархистов совершенно не замечает наличия императора в Стране Восходящего Солнца. Это мотивируется якобы декоративностью японского монарха. Но попробуйте такой подход объяснить японцу. Потомок самураев и гейш вас не поймет. Японец и сейчас готов умереть за правящего монарха.

Прагматики по сути своей — антитеисты и безбожники. Японские, корейские и китайские верования их устраивают тем, что личного Бога в дальневосточных религиях и философских системах найти почти немыслимо, а культ предков забивает все ростки монотеизма и, следовательно, не стоит опасаться некоей угрозы для себя любимого с гипертрофированным эгоизмом в душе: установления власти, имеющей священные корни, а не власти по прихоти человеческой устрояемой. Прихоть терпят и надеются навязать свою, поработив чужую. Из прихоти и вырастает демократия, при внимательном рассмотрении превращающаяся в олигархию.

Впрочем, на счет отсутствия монархического тренда в политике современных стран Дальнего Востока прагматики заблуждаются. Они оценивают ситуацию с проевропейских позиций — уж слишком долго лицо прагматизма смотрело на Запад, чтобы резко повернуть на Восток. О Японии сказано было ранее. А в Китае монархическая традиция, безусловно, пока придушивается КПК. Но почитание Мао носит вполне промонархический и религиозный характер.
В Северной Корее (КНДР) вообще правит третий представитель коммунистической династии. Титул «любимого вождя» передается по наследству. И всякий новейший «вождь» любимее предыдущего. Секрет Полишинеля открывается без особых раздумий: неважно как называется монарх, так как от наименования сущностные критерии не меняются.

Возникает целая череда парадоксов: под республикой скрывается монархия, под партийным чиновником — властитель, правящий самостоятельно.
Вывод надвигается простой. Куда бы не обращался прагматик за поддержкой своих идей, хоть на Запад, хоть на Восток, окажется, что монархия никуда и не уходит и не уходила, там же, где ее насильственно уничтожают, наступает развал и государства, и морали, и человеческой личности.

Тезис о том, что «государства создают романтики, а губят прагматики», ныне совершенно не кажется спорным. Излишний прагматизм — это субпассионарный синдром. А по сему ориентироваться на него стоит. И отрицание монархии — всего лишь нежелание признавать реальности и отказ от выстраивания власти по нормальному иерархическому признаку, что не полезно ни для политики, ни для экономики. Это и либертарианцы поняли, которым казалось надо было бы молиться на республику и демократию.

Ценные признания господина Ханса-Хермана Хоппе нельзя пропустить: «В монархический период, до Первой Мировой войны, государственные расходы редко превышали 5 процентов валового внутреннего продукта. Сегодня они находятся на уровнях, близких к 50 процентам.

До Первой мировой войны занятость в государственном секторе в среднем составляла 3 процента общей занятости. С тех пор она увеличилась до 15-20 процентов.

Для монархического периода были характерны товарные деньги (золото), а покупательная способность денег медленно росла. Демократическая эпоха, наоборот, стала временем господства бумажных денег и падающей покупательной способности.

Короли все глубже увязали в долгах, но, по крайней мере, в мирное время они обычно уменьшали свою задолженность. В демократическую эпоху государственный долг рос все время — и во время войны, и во время мира, — пока не дорос до сегодняшних невообразимых величин.

Константин Щемелинин
Александр Гончаров
Борис Джерелиевский
Николай Севостьянов
Константин Щемелинин
Николай Севостьянов
Александр Гончаров
Александр Загорский
День почитания святого молитвенника Русской земли
Алексей Сокольский
Сын, распятый на кресте, даст силу детской чистоте и славу русской красоте…
Александр Гончаров
Константин Щемелинин
Гайдаровский форум как зависимость от саудовского короля
Вячеслав Булатов
Пик падения — 60 грн/USD
Константин Щемелинин
Его хватит для "доказательств агрессии России на Украине"
Вячеслав Тихвинцев
Коломойский пытается контролировать еврейские организации РФ
Арнольд Гейзер
Владислав Гулевич
Революция пожирает своих детей в Орле
Отдел информации
Для москвича или питерца армия — досадная жизненная помеха
Олег Назаров
16+
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования