воскресенье, 24 Января, 2021

Подробно

Кровавая «Висла»

27.09.2009 - 15:36
В проекте польской резолюции, посвященной 70-летию начала Второй мировой войны, подготовленному партией "Право и справедливость", возглавляемой братьями Качиньскими, утверждается: "Красная армия принесла на польские земли смерть и пожары. Обычным явлением были геноцид, убийства, насилия, грабежи и другие притеснения". Также резолюция обвиняет СССР в разжигании ненависти между народами, приведшей к трагическим последствиям. Что означает последний пассаж? Вероятно, братья Качиньские ставят в вину Советскому Союзу застарелую ненависть поляков к немцам с одной стороны, и к украинцам – с другой. Что же до трагических последствий, то они очевидны: геноцид немецкого населения территорий, ставших в 1945 году польскими, унес, по некоторым данным, до 3 млн. человек. Еще 5 млн. были изгнаны с земли своих отцов. Но и это не все. Достаточно драматично сложилась и судьба обитателей тех украинских земель, которые все же остались на территории Польши. Речь идет о пресловутой операции «Висла» – кодовое название операции по принудительному массовому переселению более 150 тыс. человек украинцев и русин, которые проживали на украинских этнических землях Надсянья, Лемковщины, Холмщины и Подляшья. После окончания Второй мировой войны эти территории оказались под властью Польской Народной Республики. Операция «Висла» была спланирована заранее. Формальным поводом для начала операции послужило убийство при невыясненных обстоятельствах заместителя министра обороны ПНР генерала Кароля Сверчевского боевиками из Украинской Повстанческой Армии – УПА. (Есть достаточно убедительная версия, согласно которой генерал стал жертвой внутренних интриг, а не украинских террористов). Операцию осуществляла оперативная группа «Висла» в составе 6 пехотных дивизий. По свидетельству очевидцев, переселенцам давалось на сборы от 2 до 5 часов. На новых местах обитания (преимущественно в деревнях) украинцы были расселены таким образом, чтоб их количество нигде не превышало 10 % от местного польского населения. Действовал суровый запрет на смену места пребывания и на возвращение на исконные земли. Одновременно с депортацией украинцев и русинов поляки полностью ликвидировали все структуры Украинской греко-католической церкви, прихожанами которой являлось большая часть репрессированных. Согласно свидетельствам, во время проведения операции имели место многочисленные жертвы. По некоторым данным, их число превысило 30 тыс. человек. Военно-административная акция «Висла» по выселению украинского населения с юго-восточных регионов послевоенной Польши на северные и западные – бывшие немецкие земли началась в 4 часа утра 28 апреля 1947 года. Подразделения Войска Польского, отряды сотрудников МВД и местной администрации окружали села с украинским населением (среди потерпевших были и поляки из смешанных семей) и давали 2 часа на сборы нажитого за всю жизнь. Историки приводят факты, когда на самом деле время это сокращали до 20 минут, и даже собранное нельзя было взять из-за недостаточного количества транспортных средств. Тех, кто пробовал не подчиниться или убежать в лес, часто убивали. Люди перемещались под военным эскортом первоначально на так называемые сборные пункты, а позже на железнодорожные станции, где формировались транспорты, высылаемые в транзитные пункты в Освенциме или Люблине. На каждом этапе функционеры службы безопасности проводили селекцию переселенцев. Свыше 2 тыс. лиц, заподозренных в непосредственных или родственных связях с воинами УПА, попали в концлагерь в Явожно. Примечательно, что польский концлагерь располагался в бараках Освенцима. В целом около 4тыс. депортируемых были арестованы польскими спецслужбами и брошены в концлагерь в Явожно. Многие из заключенных концлагеря подверглись пыткам и физическим издевательствам. Значительная часть из них погибла, часть осудили на продолжительные сроки заключения, а часть со временем освободили «без извинений и объяснений». Дома, хозяйственные помещения и строительные материалы, которые нельзя было вывезти для потребностей армии или государства, сжигали, чтобы сделать невозможным самовольное возвращение. Наряду с украинцами жертвами репрессий стало русинское население Лемковины. Лемки никогда не идентифицировали себя как украинцев, и к националистам из УПА было настроено враждебно. Переселение сопровождалось нарастающим террором и насилием в отношении мирного лемковского населения со стороны действовавших в регионе польских военизированных формирований, вынуждавших переселяться и ту часть лемков, которая хотела остаться на родине. Известны многочисленные примеры кровавого польского террора в отношении мирного русинского населения Лемковины. Очевидец событий вспоминает: "Польские банды как бешеные псы летали по лемковским селам, принуждая население выезжать в Советский Союз. Если в каком-нибудь селе они наталкивались на сопротивление выселению, …они поджигали село, избивали людей и грабили лемковское имущество. На лемков, переселявшихся в Советский Союз добровольно, банды нападали в дороге и грабили... Даже то, что вытворял Гитлер с порабощенным народом во время оккупации, не идет ни в какое сравнение с тем, как обращались с лемками польские банды". От Переселения не спасало ни членство в ППР, ни служба в Войске Польском. Депортировали также людей, которые ранее были призваны в Красную Армию. Действия польских военных мало чем отличались от методов их германских коллег, действовавших в зондеркомандах в «партизанских краях» Белоруссии или Псковщины. Неслучайно для участия в операции были привлечены дивизии, в которых преимущественно служили жаждущие мести родственники жертв преследования поляков в Волыни и Восточной Галиции. В результате переселение превращалось зачастую в жестокую пацификацию. Наиболее ужасающие инциденты произошли в Завадце Мороховской на Бещадском Погорье, где солдаты убили 70 мирных украинцев. Значительно труднее, чем сельское население поддавались переселению украинцы, жившие в городах. В Кракове нашли выход – устроили ловушку в греко-католической церкви святого Норберта. Когда воскресным утром прихожане входили в церковь, сотрудники службы безопасности уже ждали их там. За дверями затыкали рты кляпами входящим, связывали их и укладывали на полу. Потом спокойно ждали следующих прихожан. Переселенным в рамках операции "Висла" выдавали цветные удостоверения переселенцев, чтобы их можно было отличить от поселенцев-поляков. На них распространялись различного рода ограничения, например, запрет покидать место жительства без разрешения службы безопасности. Всего в ходе операции было выселено примерно 150тыс. человек, из которых 50-60 тыс. были лемками. В Силезии и Поморье русины-лемки были расселены властями таким образом, чтобы как можно быстрее ассимилировать лемков в польско-язычном окружении. Количество лемков в отдельных населенных пунктах не должно было превышать 10% от общей численности их населения. В секретной инструкции польского правительства прямо говорилось о том, что главной целью депортации является полная ассимиляция переселенцев в польском окружении и что для достижения этой цели "необходимо предпринять все усилия". Примечательно, что в целях более эффективной ассимиляции инструкция предусматривала изоляцию русинской интеллигенции от основной массы переселенцев. Данный аспект ассимиляционной политики польских властей в отношении русинов-лемков был вполне сравним с политикой нацистской Германии в протекторате Богемия и Моравия, где нацистские власти целенаправленно подрывали и ограничивали влияние чешской интеллигенции на население, рассматривая это как существенный элемент германизации чехов. В свою очередь, русинские села на территории Лемковины были частично разрушены, частично отданы польским переселенцам из республик СССР. По мнению современных лемковских общественных деятелей и некоторых авторитетных историков, включая канадского историка-слависта П.Р. Магочи, именно соображения национальной политики Варшавы, направленной на полную ассимиляцию национальных меньшинств и создание этнически однородной послевоенной Польши, явились истинной причиной выселения лемков, в результате которого они были лишены своей исторической родины. Надо сказать, что современные польские исследователи так же оценивают операцию "Висла" прежде всего, как политическую акцию, направленную на полную "этническую зачистку" юго-восточных областей Польши от неудобного Варшаве русинско-украинского этнического элемента. По мнению польского историка В. Мокрого, "выселение русинов-украинцев сначала на Советскую Украину в 1945-1946 гг., а затем в западные и северные регионы Польши в 1947 г. было результатом заимствованной коммунистическим правительством Польши идеи национально однородного польского государства. Автором данной идеи в межвоенный период были эндеки, стремившиеся ассимилировать 5,5 миллионов украинцев, проживавших на территории Второй Речи Посполитой..." Но при этом часть историков уверяют, что власти в Варшаве действовали по приказу Москвы, стремившейся к тому, чтобы окончательно поссорить поляков и украинцев. "Мы сделали грязную работу, но под нажимом СССР", - утверждает профессор Рышард Тожецкий. Этот тезис удобен, ибо облегчает польскую совесть, но ничем не доказан. Скорее наоборот – наличие значительного количества восточнославянского населения на границах с Украиной и Белоруссией рассматривалась польскими властями как потенциальная угроза территориальной целостности страны. И акт депортации был связан с недоверием, которое испытывало коммунистическое, но отнюдь не марионеточное руководство Польши в отношении Москвы. Известны слова функционера ЦК ППР, произнесенные им в январе 1947 года: «Существует опасность, что украинский корень может остаться навсегда". Репрессированным переселенцам до начала 50-х не выдавали удостоверения личности. Украинцы и лемки были последней большой группой поселенцев на возвращенных землях. В результате им достались наиболее разоренные хозяйства, а некоторым и вовсе не хватило земли. Часть переселенцев, несмотря на категорический запрет, приняла решение возвращаться домой. Из-под Ольштына или Легницы возвращались в родные стороны на повозках и даже пешком. Кончалось это все повторной депортацией. Легальная возможность возвращения возникла только во время гомулковской оттепели. Говорить же и писать об этом в Польше реально стало возможным только после краха коммунистической системы в 1989 году. С того времени украинская община в Польше практически ежегодно напоминает польской власти и польской общественности о своей трагедии, а историки стараются разобраться в настоящих причинах «распыления» украинского населения в Польше. Но, к сожалению, в общественном сознании поляков в связи с этой проблемой произошло немного изменений. Письмо бывшего польского президента Квасьневского с выражением соболезнования жертвам акции «Висла» – конечно же, важный факт, но вряд ли можно говорить об однозначной реакции в обществе. С критикой его выступила практически одним фронтом вся «правая» пресса, за которой стоят так называемые национально-католические ячейки. Ни один из составов Сейма – ни «правые», в большинстве своем выходцы из «Солидарности», ни «левые», где преобладали бывшие коммунисты, – не решались осудить операцию «Висла» как преступные действия хоть и коммунистической, но все же польской власти. Полякам трудно согласиться с тем, что они, используя принцип «коллективной ответственности» к своим согражданам украинского происхождения, определили им «наказание» за обиды, к которым те никоим образом не были причастны. «Мы не можем позволить, чтобы нас столкнули на позицию народа с нечистой совестью относительно украинцев», – написала одна из правых газет. И автор был прав, поскольку тогда пришлось бы также признать, что операция «Висла» не появилась из ничего, что в ее основе на самом деле лежала, мягко говоря, нелюбовь к украинцам. Ведь над тем, как решить «украинский вопрос», задумывались и польские «народники», и социалисты еще задолго до Второй мировой войны. И не только «украинский вопрос», ибо главной задачей было преобразование Польши в мононациональное государство. Поскольку сегодня все нацменьшинства в РП составляют менее 3% от общего количества населения, можно считать, что задача выполнена. Польское правительство ничего не сделало и для какой-либо компенсации потерь, понесенных украинцами и русинами-лемками в ходе депортации. Более того, в 1996г. польские власти приняли решение преобразовать центральные области Лемковины в национальный заповедник Бескиды, тем самым закрыв неудобный для себя вопрос о возможном возвращении лемкам их имущества и земельных владений в этом регионе. Центр Политической Свободы http://www.politsvoboda.ru/

Больше материалов по теме

В Подмосковном Зарайске судят охотоведа Андрея Григорьева, который год назад задержал браконьеров,...
Российская гражданка стала жертвой произвола американской правоохранительной системы. Власти США...
В «нефтяных» государствах Ближнего Востока проблемой являются права гастарбайтеров, которые все...
16+
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования